Барьер: Я хочу объяснить кое-что, чего коснулся ранее. Вы упомянули о трудностях систематизации касательно картин студии Disney.  Вы сказали, что все зависит от каждого человека в отдельности, и Вы совершенно правы. Мы отталкиваемся от точки зрения, что создание анимационного фильма — это коллективная работа. У вас должна быть определенная группа людей. И то, какими фильмы получаются в итоге, зависит от того, как эти люди проявят себя в команде, и как они организуют себя для выполнения конкретных задач. Наша идея заключается не в том, чтобы остановиться на общем понимании того, как что сделано. Мы хотим получить реальное представление о том, как люди работали вместе с самого начала, и что изменилось. Очевидно, что произошло колоссальное изменение в подходе студии Disney к созданию своих картин...

Каль: Да, но я не думаю, что люди сами в полной мере осознают это изменение. Я никогда особо не задумывался о каком-либо другом подходе к чему бы то ни было или неких изменениях в процессе. И режиссер не обратит на это особого внимания, потому что в большей степени занят административными делами, на самом то деле. Одним из наших самых новаторских режиссеров был Джексон. Иногда в нем просыпалась старушка, однако он ценил зрелищность и глубину персонажей больше, чем кто бы то ни было еще.

Барьер: Вы часто с ним работали?

Каль: О, да, очень. Но знаете, когда работаете с разными режиссерами... Это ведет к чему угодно, только не к сохранению единства в картине, когда у вас 4 или 5 режиссеров. Факт остается фактом: у всех этих парней разные способности, но Уолт был настоящим режиссером. Большинство из тех парней, которые в итоге ударили в грязь лицом, отлично справлялись, когда он стоял у руля. Все зависит от хорошей организации. Даже когда Уолт вплотную занимался парком и делами, связанными с телевидением, он все еще был главным человеком на студии. Как упоминал Уилфред, он не был постоянным участником процесса, но оставался вовлеченным и принимал решения весьма быстро.

Барьер: Какая разница непосредственно для вас как для аниматора, с каким режиссером работать?

Каль: Если вы работаете с кем-то вроде Джексона, это стократно упрощает весь процесс, потому что появляется гармония в том, что мы можем сделать. Мы многое обсуждали и обнаруживалось, что во многом мы согласны. У нас практически не было противоречий. Их было не просто мало, а чертовски мизерное количество. Вы упомянули заметки из музыкальной комнаты на экспозиционных листах. Но это было не совсем тем, чем казалось на первый взгляд, потому что аниматор и режиссер многое обсуждают. Заметки на экспозиционных листах нужны для того, чтобы напоминать о моментах, которые оговаривались с режиссером. В диалоговой сцене ничего этого не нужно, потому что все есть на эскизах. Но ведь во многих сценах отсутствуют диалоги, а тайминг не регламентируется строго. В таком случае я сделаю заметки на экспозиционном листе. Особенно если речь идет о длинной сцене, я воспользуюсь секундомером, чтобы точно выверить все происходящее в кадре. Я проверю, сколько секунд проходит между конкретными действиями, а также засеку время в целом. Причем повторю всю процедуру несколько раз, пока не получу точный результат. Потом я перенесу свои наблюдения на лист, потому что нет смысла проделывать все это снова. Так делали режиссеры даже тогда, когда на студии снимались только короткометражные мультфильмы. Держу пари, что на экспозиционных листах для сцен в картинах Норма Фергюсона или Фрэда Мура есть заметки, сделанные обеими сторонами: и самым режиссером, и аниматором — режиссер не диктатор. Иногда в команде оказываются люди, с которыми вам как режиссеру приходится работать. Примечания на экспозиционных листах приравниваются к инструкциям, потому что вы вместе их обсуждали и решили, что именно так нужно поступить. И, скорее всего, вы будете придерживаться плана. Это то, что делаю я сам. Как уже сказал, я провожу в некотором смысле собственные исследования и принимаю решение, как мне поступить. К тому моменту, когда я начну анимировать сцену, я точно буду знать, как это будет. Я уже решил, как сделать рисунок непосредственно для сцены в фильме. Я буду четко придерживаться плана, если только не воспользуюсь мозговым штурмом.

Барьер: Другие аниматоры в разговоре с нами указывали на спонтанность. Один парень рассказал, что просиживал штаны по 4 дня, а на пятый делал наброски, пытаясь заставить карандаш двигаться со скоростью мысли. Кажется, Ваш подход более тщательный.

Каль: Что ж, мой подход продуманный. И аналитический. Я изучу все возможности и постараюсь выдать наилучший результат.

Барьер: Вы увеличивали с годами контроль над каждым фактическим этапом производства картины? Было бы ли у Вас изначально больше ограничений? Скажем, во время работы над «Пиноккио» или «Бэмби»?

Каль: Я с трудом припоминаю. Думаю, что любой режиссер был бы дураком, если бы не давал хорошему аниматору сделать то, что он [аниматор] счел бы нужным. Мне кажется, что режиссеру иногда нужно доверять видению аниматора. Помните в «Котах Аристократах» момент, когда старик нотариус достает перьевую ручку и откручивает у нее колпачок? Это моя работа, вообще-то. Были уже готовые раскадровки, но в них чего-то не хватало. Оставались нюансы, с которыми никак не получалось справиться, и я все изменил. В момент, когда нотариус подходит к столу, он теряет равновесие и забавно растягивается на крышке. Из такого положения он поднимается следующим образом: оставаясь лежать верхней частью тела, переставляет ноги, обходя стол, и садится за него. И если бы на поверхности была ручка с чернильницей, они бы просто упали. Я не люблю обманывать в мелочах, если на самом деле это не нужно. Поэтому я заглянул в несколько каталогов, чтобы проверить, использовались ли такие канцелярские принадлежности в 1910 году. Оказалось, да, использовались. Все, что касается перьевых ручек, выглядит забавно, но заставить режиссера или сценариста ввести такой момент в картину нереально. Пришлось сделать все самому, показать результат и наслаждаться тем, что он вошел в финальную версию, потому что сцена понравилась всем участникам процесса. Я думаю, что у аниматора должна быть свобода, если вы хотите получить в итоге хорошую картину. Я всегда говорил, что если и есть что-то хорошее в наших мультфильмах, то это неоднообразие персонажей.

Барьер: Если у аниматора в руках сосредоточен такой большой контроль над своими персонажами, разве это не создает определенную проблему для режиссера в плане поддержания некой общности картины?

Каль: Нет, я не вижу причин для этого. Определенная последовательность выполняет свою функцию в истории, и я не собираюсь ею пренебрегать. Я не собираюсь делать ничего, что может нарушить историю в целом. Для этого я не буду изменять ее ни на грамм. Меня интересуют нюансы. Я хочу выжать максимум из ситуации, больше ничего.

Барьер: Но изначально у Вас ведь не было такой свободы, не правда ли?

Каль: О, нет. Дело не в «изначально» или «в последствии», потому что прямо сейчас на студии работают аниматоры. И если вы предоставите им свободу, создание картин превратится в ад, поверьте мне. Им нельзя развязывать руки, потому что у них нет видения или опыта. Вероятно, этот пробел никогда так и не будет восполнен. Такие люди были всегда. Невозможно собрать на студии одних только гениев. Я не думаю, что ситуация сильно поменялась. Помню одно из собраний в «комнате пыток» на студии, когда Бен Шарпстин повел себя весьма жестко. Мы тогда работали над мультфильмом «На льду» с Дональдом Даком. Бен говорил о сцене Марвина Вудворда — какой-то бедняга, да, я думаю, это был Марвин. А потом он перескочил на тему того, что сделал Ферги, и сказал следующее: «Вот в чем разница работы с кем-то вроде Фергюсона и посредственностью». Жестоко. Но это правда. Такие люди будут всегда.

Барьер: Насколько глубоко Уолт погружался в анимацию? У меня сложился образ человека, который в большей степени фокусируется на повествовании, и не слишком сильно...

Каль: Он погружался достаточно глубоко.

Барьер: В «комнате пыток»?

Каль: О, да. Даже когда он был занят парком. Создание картин типа «Спящей красавицы» стопорилось из-за его занятости парком. Мы всегда работали в одной последовательности. Это привело к увеличению расходов. Но даже тогда он либо принимал непосредственное участие сам, либо эта чертова картина на продвигалась.

Барьер: Какие замечания он делал в «комнате пыток»? Относилась ли его критика по большей части к техническим аспектам или к характеристикам?

Каль: Скорее, получилось ли что-то или нет. Нужно было быть внимательным, правда. Если что-то хоть немного выходило за рамки... Я приведу пример. В «Книге джунглей» был чертовски забавный персонаж, король Луи. Он действительно был похож на какого-то поеденного молью орангутанга. Клянусь, он выглядел изначально гораздо лучше, чем то, что мы получили в итоге. Получилось так, что Уолт не оценил работу какого-то другого аниматора — он ее раскритиковал. Я готов поспорить на что угодно, что нам в итоге пришлось переделать персонажа целиком из-за этого инцидента. У меня не было шанса [на персонажа]. Если бы все сделал я, ему бы понравилось. Я не говорю, что персонаж плох. Просто он мог быть куда лучше. Мне нравится прилагать усилия для того, чтобы выжимать максимум.

Барьер: Вы упомянули «Котов Аристократов», и это мне напомнило о вспомогательных линиях, которые видны в начальных сценах с мадам и нотариусом.

Каль: Когда я показывал черновые наброски людям, казалось, что им нравится. По моему мнению, если анимация хороша и персонаж «живой», я не думаю, что с рисунком должно быть что-то не так. Не думаю, что эти вспомогательные линии кому-то сильно мешают. Это мне напоминает мерцание лампочки в Xerox. По крайней мере, это мерцание трехмерное: оно направлено больше в глубину, чем по сторонам. Это именно то, что мы привыкли получать от контуров, особенно при отрисовывании сцен, в которых персонажи двигаются очень медленно. Если персонаж удерживает одну позу вне зависимости от того, насколько движения медленные, при использовании ксерокса герой замирает. Раньше я часто брал два одинаковых рисунка и слегка перерисовывал один из них.­ Не то чтобы с застыванием было что-то не так, просто зрители это замечают.

Барьер: В целом, Вы думаете, что Xerox помогает лучше...

Каль: Да, мне так кажется. По крайней мере рисунки выглядели более живыми.

 
Зарегистрируйтесь
Задать вопрос
Заполняя данную форму, я даю согласие на обработку персональных данных.